Заметки путешественника.

Германия, Мюнстер.

Германия, по сравнению с другими европейскими странами плохо ассоциируется с отпуском и отдыхом. Вот вы слышали, например, чтобы кто то целенаправленно собирался туда в отпуск? Хотя, и в Германии есть красивые городки, вот например Мюнстер.

DSC_2467

Про Мюнстер почти никто не знает, может потому что Мюнстер это город с самым большим количеством осадков в Германии. Когда идет дождь, городские пейзажи сразу теряют всю привлекательность — грязно серое небо превращает все в унылый пейзаж. Романтичным в дождь может быть только Париж, но не Мюнстер и не Екатеринбург, разумеется. Никто не любит дождь в непариже. Говорят, что  в одном непариже, когда шел дождь, даже собака-поводырь два часа водила слепого по квартире, имитируя звуки улицы. Нам везет, в Мюнстере сияет солнце и на  синем небе не облачка.

DSC_2438

DSC_2426

DSC_2509

DSC_2476

Мы в Мюнстере, а погода как в Астрахани. Я когда был ребенком вообще не знал, что бывает дождь, наверное время когда он шел совпадало с тихим часом. Позже, будучи уже школьником, я отнесся с большим недоверием к словам учительницы о том, что с неба может литься вода — в Астрахани каждый знает, что вода бывает в Волге, а иное полная ересь. Взрослея я получал все больше информации про дождь. Я узнавал, что дождь бывает ливневый, проливной, мокрый, моросящий, крупный, тропический, грибной, радиоактивный и даже золотой. Я прочитал в библии, что однажды дождь лил 40 дней и сорок ночей — тогда это назвали всемирный потоп. Ха! Да у нас на Урале это называется лето, да и в Мюнстере тоже. Но сегодня нам везет — нам выпал мюнстерский климатический джек-пот.

DSC_2543

DSC_2569

DSC_2525

DSC_2501

В честь столь необычного события толпы людей зашвырнули зонтики и бросились на улицу ловить дефицитный ультрафиолет. Молодожены со всей мочи кинулись жениться — когда еще выдастся случай повенчаться в сухой одежде…

DSC_2518

DSC_2498

DSC_2592

Ну а пока все вокруг женяться, мы узнаем секреты города. Вот какую информацию нам удалось добыть. В античное время (1 век нашей эры) на месте современного Мюнстера находилось поселение древнегерманского племени бруктеров. Но у них как то не сложилось — начало холодать, с востока набежали кровожадные гунны, рухнула великая Римская империя, бруктеры и прочие племена поняли, что время валить из сраной гермашки пришло и началось Великое переселение народов. Земля какое-то время пустовала, но свято место, как известно пусто не бывает — буквально из ничего завелись саксонцы, местечко так им приглянулось, что они назвали его Мимигернафорд. Не то, что бы он был ми-ми-ми какой хороший, просто переводился с местного диалекта как «Брод через реку Аа в месте проживания мимигернов» (а вот мимигерны были просто ми-ми-ми какие прикольные). Но, и это было недолго, вскоре «набежал» легендарный Карл Великий и как это было принято в средние века принялся не только покорять несчастных саксов, но и обращать их в христианство. Для этого у Карла был эффективный менеджер по имени Людгер — он запилил тут монастырь и по доброму начал наставлять всех на путь истинный. Те кто наставился, поселились вокруг, остальным отрубили голову. Появившийся город так и стал называться – Монастырь, или, на нижненемецком языке, Мюнстер.

DSC_2485

DSC_2482

Вдохновленный Людгер поверил в себя и  основал в городе школу, превратившуюся со временем в  Паулинскую гимназию. В наше время эта гимназия претендует на звание старейшего учебного заведения в Германии. Итак, в 9 – 10 веках Мюнстер стал крупным торговым, учебным, религиозным и политическим центром Вестфалии.

Мюнстер известен еще одной увлекательной историей — в ней много букв, но написать о ней я все же рискну.

DSC_2571

DSC_2575

DSC_2553

DSC_2452

DSC_2565

В октябре семнадцатого года произошло событие изменившее историю Европы — 31 октября 1517 года Мартин Лютер прибил свои «95 тезисов» к воротам Замковой церкви в Виттенберге. После этого в Германии началась Реформация, повлекшая раскол страны на два лагеря: католиков и протестантов. Полились реки крови — народ как-то приуныл. Бушевавшая параллельно с религиозными революциями чума оптимизма не добавляла и тут на рынке «опиума для народа» появились анабаптисты (название говорит само за себя). Само понятие «анабаптизм» означало «перекрещение», поскольку крещение, производимое во младенчестве, они посчитали оскорбляющей Бога формальностью.  Началось все с обличения католичества в лицемерии, а закончилось как водится грабежами церквей (мы то с вами знаем для чего совершаются все революции). Командовал «парадом» расстриженный священник Бернард Ротман (наверное отсюда и пошло выражение «расстрига»). Чуть позже подтянулась «сладкая парочка» — два Жана — Жан Бокельзон и Жан Маттис. Последний не долго думая назвался «пророком Енохом», а Бокельзон из Лейдена, поначалу назвался «Илией», но имя не прижилось и его стали именовать Иоанн Лейденский. Когда этот «Иоанн Лейденский» прибыл в Мюнстер в 1534 году, то ему было всего 24 года; в город он прибыл в сопровождении рыжей Дивары, владелице передвижного борделя из 17 повозок. Оба «пророка» ходили в длинных, ветхозаветного покроя, одеяниях. «Пророки» сразу объявили в Мюнстере «огненное крещение» для избранных анабаптистов. Кощунственная пародия огненного сошествия Святого Духа на Апостолов закончилось поголовным свальным грехом в доме главного мюнстерского палача Бернарда Книппердоллинга. И вот когда вся тусовка была в сборе началось главное веселье. Были разрушены монастыри, церкви, разбиты статуи, сожжены иконы, мощи святых выбрасывались на улицу. Злобу их вызывало не только все, что связано с религией, но и вся старая культура. Статуи, окружавшие базарную площадь, были разбиты. Драгоценная коллекция старинных итальянских рукописей, собранная Рудольфом Фон Ланген, была торжественно сожжена на площади. Картины знаменитой тогда вестфальской школы были уничтожены так основательно, что теперь она известна только по рассказам. Разбивались даже музыкальные инструменты. 27 февраля анабаптисты начали «изгнание безбожников», то есть граждан, не принявших учения «пророков». Маттис-«Енох» настаивал на том, чтобы их всех убить, но рассудив, что дело хлопотное  решил изгнать из города всех, кто откажется принять второе крещение. Было созвано собрание вооруженных анабаптистов. «Енох» сидел погруженный в транс, потом очнулся и начал кричать: «Долой детей Исава! Наследство принадлежит детям Иакова!». Мюнстер был переименован в «новый Иерусалим». Тут же начались насильственные крещения взрослых людей: раздетых мужчин и женщин гнали по городу голыми и погружали в ледяную воду реки (была уже зима). Всех, кто отказывался перекрещиваться, грабили, раздевали и выгоняли из города под крики «вон безбожников». Множество раздетых и босых граждан с детьми и стариками погибли, замерзнув в окрестных полях и лесах.

По-видимому, помешательство Mаттиса было действительно серьезным, ибо, когда принц-епископ граф Вальдек собрал войска и осадил мятежный «Новый Иерусалим», то Маттис на одной из общих трапез, которые совершали анабаптисты, неожиданно воскликнул: «Да будет воля Твоя, а не моя!» — и стал прощаться, целуясь с присутствующими. Оказывается, ему было видение, что он должен вызвать неверных на бой по примеру Самсона. На следующий день с несколькими «учениками» с громкими проклятиями пошел из ворот города на неприятеля. Естественно, его тут же порубили на куски — на глазах у анабаптистов, усеявших стены города в ожидании гибели «неверных» по слову «пророка».

После гибели «Еноха» власть над Мюнстером перешла к Бокельсону-«Лейденскому». Ему сначала «Господь замкнул уста на три дня», после чего объявил, что ему было откровение — о новом правлении в городе. Новый Судия Израильский тут же взялся за дело: упразднил Сенат, хотя тот состоял весь из послушных «пророку» анабаптистов и вместо Сената назначил совет «старейшин двенадцати колен израильских». Ими, без всяких выборов, стали влиятельнейшие из голландских проповедников. Изданная Бокельсоном конституция из 33-х статей, а том числе гласила: «Все, что Старейшины решат для блага Нового Иерусалима, будет сообщено общему собранию израильтян через пророка Иоанна Лейденского, верного слугу Высочайшего»; «Обеды будут вкушаться всенародно сообща; каждый примет все то, что ему подадут, будет есть скромно, в тишине; братья и сестры будут разделены и в сосредоточении будут слушать чтение, которое им предложат из Ветхого Завета». Согласно 29 статьи «Всякий иностранец иной веры, который войдет в город, будет допрошен Книппердоллингом. Разговоры с иностранцами не дозволены никому, кроме Старейшин; остальные дети Израиля должны избегать сношений с язычниками».

Ссылаясь на пример ветхозаветных патриархов, «Иоанн Лейденский» объявил обязательным многоженство. Новому закону благоприятствовало то, что после изгнания «безбожников» в Мюнстере оказалось в 2-3 раза больше женщин, чем мужчин. Введение многоженства было дополнено законом, согласно которому все женщины, возраст которых этому не препятствовал, были обязаны иметь мужа. Начался дележ женщин. Тех, кто отказывался – предавали казни. Очевидцы рассказывают о насилиях и самоубийствах. Об атмосфере, в которой осуществлялся этот закон, говорит другое постановление, запрещавшее при выборе жены врываться толпой в дом. Можно себе представить, какова была жизнь новых семей. И в нее еще вмешивались власти, время от времени устраивая публичные казни непокорных жен. «Пророк» саморучно отрубил голову той, которая ему отказала, а другие его жены в это время пели «Слава Богу Всевышнему». При таком законодательстве в Новом Cионе начался такой разврат и насилие, что в городе не оставалось ни одной девственницы старше 10-11 лет.

Из реквизированного золота и камней свежеиспеченному Царю Сиона сделали две короны – царскую и имперскую. «Царь» появлялся под звуки фанфар, в сопровождении конной гвардии. Впереди шел гофмейстер с белым жезлом, позади — роскошно одетые пажи; один нес меч, другой — книгу Ветхого Завета. Дальше следовал разодетый в шелка двор. Все встречные должны были падать на колени.
Для жителей Диварой устраивались театральные представления; в некоторых пародировалось богослужение, другие имели социальное направление — например, разговор богача с Лазарем. Улицы города и все известные здания были переименованы. Новорожденным давали вновь изобретенные имена.

Однажды на пир к Царю были созваны 4200 жителей. Царь и царица угощали их. Потом пели гимн «Слава Богу Всевышнему». Вдруг Иоанн Лейденский заметил среди гостей кого-то, кто показался ему чужим: «Он не был в брачных одеждах». Решив, что это Иуда, царь тут же отрубил ему голову. После этого пир продолжался.

Царь Cиона и Всего Мира имел видение, из которого он узнал, что никто не должен иметь больше одного кафтана, двух пар чулок и трех рубашек. Этому должны были подчиниться все, не принадлежащие ко двору. Все остальное имущество было отобрано и снесено в склады Царя Израильского. Многие мюнстерцы пробовали соединиться и низвергнуть тиранию анабаптистов, однажды восставшим удалось схватить и посадить в тюрьму всех «пророков» и старейшин израильских, но были окружены голландцами и фризами, сохранившими верность Бокельзону, а позже казнены.

Все это время войска фон Вальдека осаждали город, который храбро защищался фанатиками Cиона. Впрочем, к тому времени большая часть коренных жителей Мюнстера была либо в изгнании, либо погибла, а город кишел фантиками со всей Европы, в особенности  из Голландии.

Бокельзон отобрал войско, с которым собирался прорваться, если из Голландии придут на помощь, и строил передвижную баррикаду из повозок. Ночью, босой, в одной рубашке, он бежал по городу и кричал: «Радуйся, Израиль, спасение близко!», потом созвал все войско на площадь, чтобы двинуться на прорыв. Когда все собрались, он явился в короне и царских одеждах и сказал, что час выступления еще не настал, он лишь хотел испытать их готовность. На всех был приготовлен пир — всего было около 2000 мужчин и 8000 женщин. После обеда он вдруг сообщил, что складывает с себя царскую власть, чуть позже передумал и решил карать неправедных.

В конце концов богатые запасы истощились и в Мюнцере начался голод. Съели лошадей, а тем самым и свою надежду на прорыв. Потом пророки конфисковали все припасы, было запрещено под страхом смерти печь дома хлеб, все дома обыскивались, никто не имел права запирать дверь. Жители стали есть траву и корни. Царь Сиона провозгласил, что «это нисколько не хуже хлеба». Началось людоедство — один обвиняемый (Нортхорн) был разрублен на 12 частей, его сердце и печень съел один из «голландских пророков».

Все более стесняемый осадой «Иоанн Лейденский» попробовал повторить историю Юдифи и Олоферна, подговорил красавицу Хиллу Фисон отправиться в лагерь осаждающих, и там, прельстив графа Вальдека, отравить его, для чего была заготовлена особая, пропитанная ядом, рубаха. Замысел расстроила болтовня анабаптистов, «новая Юдифь» была схвачена в шатре принца-епископа и казнена. История закончилась тем, что граф Вальдек взял штурмом Мюнстер, пленил Царя Cионского и весь совет Старейшин Израильских, отделили их безумные головы от тел, поместив последние в открытые клетки, развешенные на башне церкви св. Ламберта.

DSC_2530

Клетки до сих пор напоминают о давно минувших событиях.

1602921601

За время своего владычества, «божьи люди» истребили более половины всего мюнстерского населения. Зато на золотой короне «Иоанна Лейденского» красовалась вырезанная надпись: «Царь справедливости выше всего».  Божье царство на Земле продержалось 14 месяцев.

В XX веке Мюнстеру тоже досталось — во время войны его практически полностью разбомбили. Но сегодня все трагедии в прошлом — теперь это город студентов, их здесь около 50 тысяч человек. Красивые улицы, соборы, дворцы. Мы надеемся, что безумие никогда не вернется в этот красивый немецкий город.

На этом в общем и прощаемся с вами, навеки ваши, Глеб

DSC_2431

и Валерий с фотокамерой напротив.

О авторе

Савченко Валерий

Савченко Валерий

1 Комментарий

  • Никогда себе и представить не могу, что смута может достигать таких масштабов по величине безумия. Видимо общество устроено так, что периодически сходит с ума посредством освобождения от собственного мнения. Перегруженный мозг, уставший от ежедневных принятий решений резко снимает все поставленные задачи. А во время смуты, он как раз отдыхает и человек подчиняется лишь только низменным инстинктам, которые в свою очередь после постоянного подавления со стороны норм морали, распрямляются словно сжатая пружина. Для кормления этих инстинктов и, как следствие, ослабления их, дабы они никогда не заходили в красный сектор, придуман образ потребителя. Шоппинг-шмоппинг, футбол, шоу и так далее — это главные успокоители животных инстинктов. Недаром сказано «они — как бессловесные животные, водимые природою, рожденные на уловление и исстребление, злословя то, чего не понимают, в растлении своем исстребятся…» Вышеописанные события были очень знаковые. И оргия в доме палача Бернарда Книппердоллинга надолго отложилась в памяти народа. А в соседней Польше в языке даже укоренилось слово «пердолить» — заниматься сексом. Пара вопросов по качеству снимков: 1. Съемка велась в автоматическом режиме? 2. Объектив китовый? 3. Или у меня монитор такой, или же мне показалось, что все фото как-то слабо подсвечены. 4. Не пробовал практиковать ручные настройки? Очень здорово. Например, если на последнем фото, фон позади Глеба чуток подстветить, а настройками диафрагмы и ISO немного его смазать, то получится завораживающий волшебный эффект. Я уже сто раз так делал… пока дети фотик не навернули… Поздравляю с прошедшим!!! Желаю всё познать!!! Всё понять и зафиксировать на храмовом целлюлоиде вечности!!!

Оставить коментарий

*